Похороны во время блокады Ленинграда

Так уж устроено наше общество, что даже во время самых лютых невзгод люди стремились обеспечить хоть какие-то похороны своим умершим собратьям. В этом отношении показательна страшная, трагическая и героическая судьба осаждённого Ленинграда. Во время Великой Отечественной войны город находился в блокаде с 1941 года и лишь в 1944-м кольцо осады было снято.

Жителям осаждённого, но не покорённого города на Неве пришлось столкнуться с голодом, холодом, постоянными обстрелами и бомбёжками. Во время невероятных лишений полностью проявились все черты людского характера, от самых низменных до поистине героических примеров самопожертвования. Естественно, что в таких условиях все сферы прежней, мирной жизни подверглись кардинальным изменениям. Не обошли они стороной такую часть человеческого существования как похороны. В этом очерке, мы рассмотрим, как именно Блокада повлияла на погребальные практики жителей осаждённого города.

Время смерти

Начальный период блокады Ленинграда считается настоящим временем смерти – самым тяжёлым, унёсшим больше всего жизней. В период 1941 – 1942 годов жители осаждённого, ещё вчера глубоко мирного города столкнулись с ужасами Блокады. Вражеские войска отчаянно наступали, стремясь захватить северную столицу. Обстрелы и авианалёты усугублялись голодом и грянувшими зимой лютыми морозами. Город оказался не готов к такому испытанию, хотя справедливости ради нужно отметить, что к такому полностью подготовиться было невозможно. Всего в период с 1941 по 1942 годы погибло от всех причин около пятисот тысяч человек. Необходимо учитывать, что всего за годы блокады умерло 700 тысяч человек. Страшные цифры если вдуматься, особенно если учитывать, что население довоенного Ленинграда составляло менее 3 миллионов человек, многие из которых были эвакуированы или ушли на фронт. Недаром этот период получил от ленинградцев название «смертное время».

За первые полгода Блокады житель осаждённого города сталкивался со смертью буквально каждый день. Люди погибали под развалинами домов, от вражеских бомб и снарядов, от царившего повсеместно голода и холода. Каждый день ленинградцы получали страшные известия о том, что кто-нибудь умер – родственник, сосед, знакомый, коллега или сослуживец, наконец просто незнакомый человек прямо на улице.

Лавинообразно растущая смертность обусловила и изменение отношения людей к гибели себе подобных. Если ранее картина лежащего, в течение длительного времени на мостовой, трупа была совершенно немыслимой, то вскоре подобное зрелище стало обыденностью. Хоронить своих умерших у страдающих от постоянного голода людей не было возможности, а самое главное – сил. Кроме того, убирать трупы было элементарно некому. Тела погибших складывались в подвальных помещениях, сараях, пустующих складах и даже во дворах. Необычайно холодная зима препятствовала процессам разложения. С наступлением весны были предприняты срочные меры по захоронению тел умерших. Оперативно организованные похоронные команды, своевременно вывозили трупы с улиц. Однако в памяти ленинградцев, в дошедших до нас рассказах, дневниковых записях и свидетельствах очевидцев, первые полгода блокады так и остались временем смерти.

Голод

Основной причиной смерти в блокадном Ленинграде оставались голод и холод. Хроническое недоедание, делавшее организм человека особо восприимчивым к холоду, лишавшее сил и воли к жизни, унесло намного больше жизней чем артобстрелы и налёты вражеских бомбардировщиков. Следует отметить, что жители города такую смерть считали более предпочтительной, чем гибель от ран и увечий. Голод убивает тихо – человек засыпает и больше не просыпается. Естественно, что такой уход из жизни привлекал (если можно так сказать) больше, чем мучительная смерть под обломками разрушенного попаданием снаряда дома или от осколка немецкой фугасной авиабомбы.

Меж тем, жители города, измученные постоянным голодом и холодом, стремились выжить, несмотря ни на что. Они старались подолгу не останавливаться, чтобы не сбивать удерживающий их ритм движений – ведь застыв на месте, особенно на улице, можно провалиться в сон и замёрзнуть насмерть. Люди боялись упасть и больше не подняться – обессиленный организм мог не справиться с такой задачей и человек опять же погибал от холода. Кроме того, поднимать таких упавших также было опасно, ведь если упасть рядом – тогда погибнут оба.

Многие люди, начинали готовиться к смерти заранее. Они предчувствовали свою гибель и пытались облегчить жизнь своим родным и близким. Иногда же, голод накладывал свой отпечаток не только на физическое, но и на душевное здоровье несчастного. Люди сходили с ума, становились агрессивными, совершали ужасающие поступки, находясь в невменяемом состоянии.

Похороны

В столь ужасных условиях проведение похорон было невероятно сложной задачей. Поиски гроба, траурного облачения, а самое главное – доставка на кладбище и рытьё могилы в мёрзлой земле, делали похороны практически невозможными. Лишь ценой огромных усилий тело покойного могло быть предано земле. Отважиться на такое могли немногие. Поэтому подавляющее большинство ленинградцев, погибших в годы Блокады, были похоронены в братских могилах. Специальные команды, организованные городской администрацией, собирали трупы умерших, вывозили и хоронили их в общих могилах на городских кладбищах.

Кладбища

Кладбища в блокадном Ленинграде, особенно в период с 1941 по май 1942 года представляли собой порой даже более ужасающее зрелище, нежели сами улицы города. У тех, кто всё же отваживался похоронить своих близких на кладбище, зачастую не хватало сил не только вырыть могилу, но и даже довезти тело до погоста. Всё дерево, включая кресты, заборы и гробы было разобрано на дрова. Тела умерших лежали даже за пределами кладбища, а не только на самом погосте. Иногда, люди, привезшие своих покойников, умирали прямо здесь же. Всё это привело к тому, что вскоре практически все умершие хоронились в общих могилах. Сегодня в Санкт-Петербурге на месте братских могил, в которых были похоронены жертвы Блокады, воздвигнуты мемориальные комплексы, чтобы память о том, какой ценой была достигнута Победа, оставалась жить в грядущих поколениях.